admin

Блог
50 маразматичных слайдов к этим выходным. Не совсем светлый и адекватный юмор, так что присутствие м...
Преподаватель русского языка и литературы анонимно рассказывает об изнанке профессии
В 22 года,...
Врач-педиатр Олег Тигбо. На него молилась вся женская часть населения Цветочного бульвара, ибо пос...
Одна из самых сложных загадок 2018 года для Россиян- почему литр бензина в Америке дешевле, чем у на...
Управление

Друзья
Нет друзей

Ближайшие дни рождения друзей
Информация доступна только на странице текущего пользователя.

Описание

admin

Дата последнего входа: 2 месяца назад
Дата регистрации: 04.02.2018 20:45:20

Контактная информация

Контактная информация недоступна.

Личная информация

Персональная информация недоступна.
Живая лента
admin -> Всем
Вечерело... Маразм постучался в окно.
50 маразматичных слайдов к этим выходным. Не совсем светлый и адекватный юмор, так что присутствие моралфагов в теме совсем не обязательно. Остальные - вэлкам! 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. 10. :shock: 11. 12. 13. :D 14. 15. 16. 17. 18. 19. 20. 21. 22. 23. 24. Е-е-е-е!!!!! 25. Один лишь дедушка Ленин хороший был вождь... © 26. 27. 28. 29. 30. 31. 32. 33. 34. 35. 36. 37. 38. 39. 40. 41. 42. 8) 43. :cry: 44. 45. 46. :D 47. 48. 49. 50. Всё! Берегите себя! Не болейте, не кашляйте, не пукайте!!!
admin -> Всем
Дневник учителя: Половину учеников я бы отправила в коррекционные классы
Преподаватель русского языка и литературы анонимно рассказывает об изнанке профессии В 22 года, когда я пришла в школу, мне сразу дали пятые и шестые классы. В каждом по 30 учеников 11-12 лет. Вместе со мной устроились шесть молодых специалистов, трое из которых ушли через месяц. Я давала себе установку: выдержу четверть — мое, остаюсь работать. Выдержала. Но иногда дети достают так — есле сдерживаюсь, чтобы не ударить. Современный ученик - ленивое, наглое, ничем не замотивированное создание, которое регулярно качают права. Один раз мальчик не ответил на вопрос по произведению, причем я знаю, что он его не читал. Говорю: «Два». Он: «Вы не имеете право ставить мне двойку за один вопрос». Представляете? Одиннадцатилетний мальчик мне говорит, что я имею право делать, а что нет. Откуда это берется? Для меня ответ очевиден: из дома. А у нас принято винить во всем школу: если ребенок на уроке ударил другого, виноват учитель, который не уследил. А родитель, который не воспитал, вроде как не при чем. Недавно я ради интереса смотрела странички своих учеников в соцсетях, так там сплошной пацанский рэп и цитаты типа «брат за брата, так за основу взято». И постят это не только дети из неблагополучных семей. Большинство хулиганов у нас «хронические»: у одного отнял деньги, у другого - кроссовки, потом что-нибудь из супермаркета украл, так и живёт. Он не боится, потому что видит, что за преступлением не следует наказания. Все, что с ним происходит в детской комнате полиции, - это «серьезный разговор» в духе «ай-ай-ай, не надо так больше». Если ученик совершает правонарушения систематически, инспектор приходит в школу и читает воспитательную лекцию. А это для хулигана настоящий праздник. С уроков сняли, внимание на него обратили, он герой. А когда полиция уйдёт, можно будет пойти и сделать то же самое. В такой системе много советского: инспекторы рассчитывают на сознательность ребёнка и эффективность увещеваний. Но этот подход больше не работает. Быть нарушителем порядка — это круто и престижно. Драки, мелкие вымогательства и кражи в районах, где находятся обычные школы, - что-то будничное. Иногда происходят более тяжкие преступления, с ножами и наркотиками. Мы боремся со спайсами, но я часто слышу от коллег про новые инциденты. Среди моих учеников случаев употребления не было, но из их разговоров ясно, что теоретически они знают, где что можно достать. "ЖИВЫ-ЗДОРОВЫ? ТОГДА ТЕРПИТЕ" В последние годы в стране почти полностью исчезли спецшколы для трудных подростков, теперь дети с психическими отклонениями учатся вместе с нормальными. В одном из моих классов есть такой ребенок. Несмотря на диагноз, врачи разрешают ему посещать обычную школу. Он не контролирует свои действия, может материться при мне, плеваться. Как-то раз принес вейп в школу, дымил на переменах (12 лет ребенку, на секундочку), отобрал ножницы у одноклассницы и бросался ими в других. Сколько раз созывались советы, проводились профилактические беседы. Результата ноль. Да и как его можно добиться, если ребенок болен? Обычный русист или математик не в силах обучать таких школьников. Для этого есть институты и факультеты, например, специальной педагогики и психологии, дефектологии. Но отдавать свое чадо в коррекционное заведение (даже если оно есть), родители не хотят — пусть, мол, растет как все. Так они обрекают на муки своего ребенка, а вместе с ним и всю школу. Да, у нас есть школьный психолог. Но в большинстве случаев он отвечает что-то вроде: «Ну, все живы-здоровы? Потерпите. Будем работать». Терпим. Но как бы терпение не лопнуло. Я считаю, сеть спецшкол нужно возродить как можно быстрее. Проблемные дети должны обучаться по особой программе, как минимум, в коррекционных классах: там специальные педагоги, более строгий контроль, сопровождение на пути от дома до школы и обратно. Сколько своих учеников я бы туда отправила? Иногда кажется, что хоть каждого второго! ДВОЙКА ВАШЕМУ МАЛЬЧИКУ О родителях, как и о детях, можно говорить вечно. Во времена моей школьной юности предки приходили в школу только на собрания, или когда их ребенок что-то натворит. Все. Для нас их визит в школу казался таким позором, что мы старались лишний раз ничего им не говорить. Сейчас же родители лезут во все. Поскольку появились электронные порталы, через которые можно общаться, они считают своим долгом это делать. Например, ученик получил двойку, на уроке я ему обосновываю выбор оценки. Открываю электронный журнал, пишут: «За что вы поставили двойку моему мальчику?» Простите, а я вам ее поставила? Или ваш ребенок немой и не может объяснить причину? Сначала я, в силу неопытности, я отвечала всем и вся, старалась сгладить углы. Но потом забила: хотите выяснить что-то, я работаю в такое-то время, приходите, чай попьем. Иногда мамы и папы врываются ко мне с претензиями, мол, я не думаю, что ваш подход и ваша методика преподавания правильная. Эм, вы филолог? Учились в университете на моей специальности? Учите, в конце концов, детей в школе? Нет? Выход там. Как толкьо я начала показывать зубы, набеги прекратились. Как выяснилось, строгость надо держать не только с детьми, но и с их родителями… https://m.chel.kp.ru/daily/26909.7/395...cial_share Тогда и сейчас
admin -> Всем
Врачам скорой и не только...
Врач-педиатр Олег Тигбо. На него молилась вся женская часть населения Цветочного бульвара, ибо после исчезновения доктора Ованесяна, он занял его нишу – был добрым ангелом всех рыдающих и температурящих младенцев зоны обслуживания Центральной подстанции. Как когда-то сказала одна из мам, пришедшая на станцию со здоровенным тортом: «Ваш доктор Олег приедет, песенку споет – и мой пупырышкин успокоится. А если не успокоится – он еще одну споет». Олега любили, Олега ценили, Олег всегда был на хорошем счету у начальства и пациентов. Был у него, при всех плюсах, один ощутимый недостаток – прям был в суждениях и высказываниях, без всякого пиетета и скидок на впечатлительность. На все тычки работающих с ним фельдшеров резко отвечал: «Я в институте учился детей лечить, а не з....цы полировать!». Как следствие – вызов к ребенку сына… ну, не сильно уже важна фамилия, важен статус дедули, к чьему внуку было прямое распоряжение главного врача гнать педиатрическую бригаду прям бегом, игнорируя ранее поступившие вызовы. Богатая квартира-студия, юный, но уже сознающий свою исключительность, счастливый отец двадцати годов, вставший в дверях и требующий от тяжело дышащих после подъема на шестой этаже медиков непременных бахил, ибо ковры и грязные лапы. Под осмотр – фоном перечисление фамилий и чинов, которым он, если что, тут же позвонит, язвительное комментирование всех действий врача и поставленного диагноза, интимно заданный вопрос – за сколько купил диплом? Я, мол, и без тебя сам разберусь, что у чада пищевая токс… токз…зикоинфекция, короче, тебя, коновала бездарного, сюда для чего пригласили, не побрезгали? Чтобы ты умничал? Или чтобы быстро вылечил? Люди, между прочим, устали, спать хотят, а не твой лепет слушать. Под конец – откровенно хамское: «Вижу, твой папаша явно на твоем образовании сэкономил!». Олег остановился, повернулся, дернул головой, оскалился: «Да и твой, вижу – на презервативах жался. Или дешевые брал, или дырявые». Олега уволили в рекордный срок – за один день. До сих пор в диспетчерской раздаются голоса из телефонных трубок: «Вы нам только доктора Тигбо пришлите… что-что? Как – уволен? КАК УВОЛЕН? ВЫ ЧТО, С УМА ТАМ ПОСХОДИЛИ, НА ВАШЕЙ ЭТОЙ «СКОРОЙ!». Минус. Врач Борис Ильинский. Человек с тяжелой судьбой, когда-то – блестящий врач, потом – врач пьющий, потом – врач уволенный. Длительное время живший непонятной, полубездомной, пьяной жизнью, потом – вернувшийся на станцию, помятый, истрепанный, но – бросивший пить и горящий желанием работать. Несмотря на косые взгляды, целый год беспорочно отработавший на линии, без жалоб, без ошибок в терапии, с идеальным оформлением медицинской документации, равнодушный к зарплате и надбавкам, наслаждающийся почти потерянным счастьем – быть человеком и профессионалом, в котором нуждаются, которого ждут. Те, кто не терял все и не опускался на самое дно – не поймут… Жалоба ушлой соседки, вызвавшей бригаду к бабульке, на чью квартиру она всерьез нацелилась, это все перечеркнула жирным штрихом почерка заявления на увольнение. Ильинский ушел со станции, тяжело пил, на Цветочном его часто встречали в жутком виде и невменяемом состоянии. Там же и нашли – с проломленной ударом чего-то тяжелого головой, холодного, окоченевшего, с оскаленным страшным лицом. Хоронили силами станции, родных у него не осталось… ну как – станции, собирали деньги по бригадам, начальство, то, что сидит, повыше, денег на похороны бывшего врача «Скорой помощи» Ильинского найти не смогло. С его, начальства, сконфуженных слов, конечно. Минус. Николай Ильич Трунов, «дядя Коля» – для многих поколений фельдшеров, долго и упорно трудившийся на бригаде кардиологии, многих воспитавший, многих научивший премудростям анализа ЭКГ, терпеливо разъяснявший неофитам разницу между депрессией и подъемом сегмента ST, достававший памятные кардиограммы с уникальными патологиями, рассказывающий забавные случаи из практики, живая легенда подстанции, которая инфаркты выслушивает, а потом уж снимает «пленку» - для отчетности, не для постановки диагноза. Старенький, сгорбленный, в непременном белом колпаке, в очках с диоптриями, с обязательной хитрой ухмылкой, всегда по-доброму насмешливый и ироничный – когда к нему бросался очередной фельдшер или интерн со свежей кардиограммой; в такие моменты он почти всегда приобнимал за плечи, усаживал, разглаживал термоленту аккуратными движениями мозолистых сморщенных ладоней, откашливался, поправлял очки. И лента оживала – невнятный частокол черных осцилляций на розовой бумаге (частенько – смазано, с «наводкой») превращался в атривентрикулярные блокады, пароксизмы мерцательной аритмии, декомпенсированные «правые» пороки, синдромы Вуда, стенокардию Принцметалла, узловые ритмы второго типа, блокады Самойлова-Венкебаха, синдром Вольфа-Паркинсона-Уайта… все короткими, скупыми, емкими фразами, с непременными примерами и подробным объяснением терапии. Часто в такие моменты (как правило – в коридоре подстанции, перед диспетчерской), фельдшера, приезжающие с очередного вызова, останавливались, создавая небольшую толпу, слушали, кто-то торопливо записывал на обратной стороне расходного листа или бланка сообщения в поликлинику, наспех рисуя ломаную линию кардиограммы, вполголоса чертыхаясь, когда внезапно отказывала ручка. Ночной вызов, пьяный джип навстречу, орущий музыкой, оскалившийся хромированным «кенгурятником», длинный сигнал и громкий удар, завершившийся хрустом мятого железа и дерущим уши визгом протестующей резины. Удар пришелся строго в ту сторону «Газели», где дремал уставший за бессонные сутки врач. Приехавшая первой на место Аня Лян после билась в истерике: «Мальчики, там месиво просто… месиво… понимаете?! КАК ТАК МОЖНО?! МЕСИВО ПРОСТО! Я ЕГО ДАЖЕ НЕ УЗНАЛА!!». Юноша, опрокинувший машину бригады, невнятно матерясь и сплевывая, постоял какое-то время, глядя на сочащуюся из-под искореженной двери кровь, после - петляя, ломясь сквозь кусты, сбежал. Как показала практика – правильно сделал, ибо негоже сыну некого чина из тех, кто носит непростые погоны, пьяным лететь по встречной в пять утра. Было разбирательство, длительные допросы, куда-то загадочно исчезла карта вызова, на который ехала бригада, потом – телефонная запись вызова, на который ее отправила диспетчер, бодренькая кампания в местных СМИ на тему «Нескорая «Скорая» ехала по своим личным делам, пока больные ждали – но их покарал случай!», красиво поданный материал в суде, что сей юноша ехал строго по знакам и трезвым, и лишь судьба уберегла молодой и растущий организм от нападения пьяной в дупель бригады врачей-убийц. Дело закрыто. Roma locuta, causa finita. Щекастое личико сына того самого, дающего сконфуженное интервью угодливо «угукающему» корреспонденту местной телерадиокомпании – мол, да, выжил, сам не знаю, как, бог их простит, врачей этих… Мертвые, пустые глаза фельдшеров, смотрящих на экран, где распинался оправданный убийца. Уволившаяся сразу после этого врач Таня Мангусова – пришедшая на смену погибшей бригаде. «Их лечить после этого? ИХ? ИХ, НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА?!» Минус. Минус. Минус…. Надежда Александровна отшвыривает сигарету. До утра еще далеко – очень далеко. - НАДЕЖДА АЛЕКСАНДРОВНА! – гулко, раскатисто. Она идет торопливо обратно в кабинет, берет трубку телефона, что протягивает диспетчер. Гримасой показывает – тот самый! - ТЫ, С.....А, СЛУШАЙ МЕНЯ СЮДА! – несется из динамика. – ЕСЛИ ТЫ, Б...Ь ТУПАЯ, СЕЙЧАС ЖЕ ВРАЧА НЕ ПРИШЛЕШЬ, Я ТЕБЯ ЖИВЬЕМ В ЗЕМЛЮ ЗАКОПАЮ! СЛЫШИШЬ МЕНЯ, ТЫ?! Старший врач на миг закрывает глаза. Где-то в другом конце города сейчас Карину сдают приемному отделению психоневрологического диспансера бледные, злые, избегающие смотреть на нее и друг на друга сотрудники седьмой бригады. Дальше – долгая терапия нейролептиками, постановка на учет, прощание с работой на «Скорой помощи», периодический вылет из ремиссии основного заболевания, последующие госпитализации, медленный, страшный ад для дочери – которая сейчас спит в кроватке, не зная, что произошло с мамой. Послать эту тварь – длинной, долго вынашиваемой, составленной из специальной подобранных слов, тирадой? Заорать, выплеснуть ему в уши все то дерьмо обратно, которое он лил на диспетчера? Пообещать закопать его ответно, куда глубже, с осиновым колом в брюхо и в простату, дабы не наплодил себе подобных? Добавить еще один минус в худеющий график дежурств подстанции? - Ваш вызов принят, бригада будет, ждите. Щелчок, разъединяющий разговор. Надежда Александровна тяжело дышит, достает баллончик «Астмопента», встряхивает, переворачивает, впивается сухими губами в мундштук, нажимает на выпускной клапан. Замирает, ожидая, пока ингалированный бета-адреномиметик растечется каплями по глотке. Это в математике только минус на минус дает плюс. Здесь же, в реальной жизни, на подстанции «Скорой помощи» - эти минусы встраиваются лишь в кресты. В черные, траурные кресты неспасенных человеческих жизней. Стук в дверь. - Да... да? Парень в красной куртке и черной кепке, глаза с отеками, губы трясутся, майка под курткой одета наизнанку. - П-простите, вы… в-вы доктор? - Да, что у вас..? Он, суетясь, распахивает дверь, аккуратно приобнимая женщину, одетую в ночную рубашку, поверх которой накинута здоровенная, в леопардовых пятнах, шуба. Женщина тяжело дышит, лицо бледное, губы вытянуты в тонкую синюю нить. - Мама вот… упала… руку, кажется, сломала… От парня ощутимо пахнет алкоголем, по виду судя – поднял с постели крик упавшей матери. Не скандалил, не орал в телефон, молча собрался, намотал на сломанные кости предплечья импровизированную шину из свернутых журналов и шарфа, привел сюда. Надежда Александровна выпрямляется: - Лена, карту оформляй, в амбулаторный укладку давай! Обнимает пострадавшую за плечи. - Все, сынок, отпускай, дальше я сама. Женщина, со мной… аккуратненько… дойдете? - Да дойду, куда ж я денусь… - едва слышно отвечает больная. – Вы простите, что мы так поздно… Станция пуста, все бригады на вызовах. Надежда Александровна молча накладывает шину (парень, покачиваясь, неловко помогает, придерживая, убирая пальцы, когда надо пропустить тур бинта), колет кеторол в плечо, подтягивает руку к шее бинтовой косынкой. Дверь амбулаторного кабинета открывается. - Надежда Александровна, шестая вернулась! - Везите, раз вернулась. Парень медлит, рука ныряет в карман джинсов, неловко, стесняясь. - Доктор, я… вот… Сняв очки, старший врач смотрит на него в упор. - Зовут тебя как? - К-кого? Меня? А… Юра. Юра я. Я это… - Спрячь, Юра. Не надо. - Да п-почему не н-надо-то? Врач и фельдшер шестой бригады уже ведут его мать в машину. Надежда Александровна крепко сжимает ладонь сына. - Потому что ты – плюс, Юра. Плюс, понимаешь? Смотрит молча, пьяно, растерянно моргает. Не понимает. - Иди, не думай. Иди, говорю! И маму береги! Сын, оглянувшись, уходит по коридору. Надежда Александровна прислоняется к косяку двери амбулаторного кабинета. Зажмуривается. Хватит минусов. Хватит, Господи, пожалуйста. Потом, если будет твоя воля – плоди их и размножай, пачками, толпами, ордами, поколениями, как пожелаешь. Ты не вернешь Карину. Не вернешь Ильинского. Не вернешь Альсарову, Керимова, Тигбо, Данилину. Не вернешь дядю Колю. Не вернешь еще сотню тех, кому нет замены и эквивалента. Дай этой подстанции хоть один плюс. Или несколько. Если не будет их – кто будет лечить, отче ты наш? Кто? Шатаясь, старший врач идет обратно в кабинет. Надрываясь, звонит телефон. Тот же номер, по ту сторону трубки ждет тот же голос – беснующийся, злой, ненавидящий. Которому плевать на Юру и его маму, которая стойко терпела боль, пока пешком шла до подстанции через темноту Цветочного бульвара. - Подстанция скорой помощи номер три, старший врач Васильева, слушаю вас! Молча слушает ругань. В голове упрямо бьется: «Минус! Минус! Минус!» Минус. Минус…. © Олег Врайтов https://www.doktornarabote.ru/Publicat...ations_7pm
admin -> Всем
Почему в США бензин дешевле чем в России?
Одна из самых сложных загадок 2018 года для Россиян- почему литр бензина в Америке дешевле, чем у нас, и стоит примерно 50 центов? В США бензин продается галлонами (4,55 литра), цена которого в среднем составляет 2,19 долларов, т.е. один литр бензина стоит примерно 32-33 рубля. И это в стране с одним из самых высоких уровней жизни населения и уровнем налогообложения. Причины этого вполне очевидны. Самая первая и главная- это монополизм. Количество нефтедобывающих компаний в России единицы, а как известно, чем меньше конкуренция, тем больше цены будут для потребителя. Тем более, что одним из самых крупных добытчиков является такая компания как “Роснефть”, которая должна была-бы заботится о гражданах России, но, как известно, о социальной ответственности компании с государственным капиталом переживают меньше всего. Ведь в Америке, которую так не любят наши чиновники и политики, любой кто хочет, при соблюдении определенных выполнимых правил, может заниматься добычей нефти и будут действовать принципы открытой конкурентности. Так что, как и в других отраслях нашей экономики, открытый и прозрачный рынок с множеством игроков, без монопольного участия государства, привел бы к более честному регулированию цен. Вспомним хотя бы громкие истории с ”Башнефтью” и “Юкосом”, а также история с английской компанией BP, которая открывала свое представительство в России. Все они с успехом были поглощены “Роснефтью”. Так что вряд ли кто-то из новых игроков захочет в ближайшие годы лезть на этот рынок. Вторая причина –социальная и налоговая ответственность государства по отношению к природным ресурсам должна быть направлена в сторону своего народа. Т.е. Америка, в сравнении с Россией, делает налогообложение и акцизы на ресурсы добываемые из своей земли таким образом, чтобы внутренний рынок платил меньше, а экспортные пошлины были высокие. В то время как мы делаем все наоборот, на внешнем рынке нам приходится конкурировать с другими странами, поэтому цену у нас очень даже конкурентные, а на внутреннем рынке цены вне зависимости от цены на нефть и стоимости доллара, последние 20 лет только растут опережая темпы инфляции. via
admin -> Всем
Трагедии атомных подводных лодок
В последнее время увлеклась темой подводных лодок. Затронула и тему затопления и некоторых из них. Об этом и хотелось с Вами поделиться. Речь пойдёт о советских подлодках. Об окончании сообщу. 8 апреля 1970 года АПЛ К-8. "К-8" – советская атомная подводная лодка проекта 627А «Кит». Она была заложена 9 сентября 1957 г. на Северном машиностроительном предприятии (СМП) в городе Северодвинске. Государственные испытания на ней были завершены 31 декабря 1959 г. Вступила в состав Северного флота 31 августа 1960 г. Скорость (надводная) – 15,2 узла Скорость (подводная) – 28-30 узлов Предельная глубина погружения – 300 м Автономность плавания 50 60 суток Экипаж – 104 человека (в т.ч. 30 офицеров) Находившаяся на боевом дежурстве в Средиземном море подводная лодка была направлена в район Северной Атлантики для принятия участия в крупнейших за всю историю советского ВМФ учениях "Океан 70", в которых участвовали силы всех флотов СССР. Ее задачей было обозначение подводных сил "противника", прорывающихся к берегам Советского Союза. Начало учений планировалось на 14 апреля, окончание – к 100-летию со дня рождения Ленина – 22 апреля 1970 г. Вечером 8 апреля 1970 г., когда подлодка находилась севернее Азорских островов, при всплытии "К 8" с глубины 160 метров под перископ для сеанса радиосвязи возник пожар в рубке гидроакустиков, расположенной в центральном посту (ЦП) АПЛ. В течение минуты по сигналу аварийной тревоги в ЦП прибыло все командование лодки и её командир, начавший руководство борьбой за живучесть корабля. Одновременно поступил доклад о пожаре в седьмом отсеке, где горела регенерация. Еще через пять минут лодка всплыла в надводное положение. Далее пожар стал распространяться по воздуховодам. На боевом посту погиб весь состав первой смены главной энергетической установки (ГЭУ) АПЛ: инженер капитан 3-го ранга Валентин Хаславский, инженер-капитан-лейтенант Александр Чудинов и старшие инженер-лейтенанты Георгий Шостаковский и Геннадий Чугунов. Видя, что пламя может попасть в пост ГЭУ, офицеры наглухо задраили двери, зная, что выхода наружу уже не будет. Погибая, они успели заглушить ядерные реакторы. Расчет ГЭУ ценой своих жизней сделал главное – предотвратил возможность теплового взрыва. Скопившихся в восьмом отсеке людей выводили через верхний люк. Концентрация окиси углерода в отсеке была смертельной – из 16-ти членов экипажа, бывших в восьмом отсеке, спасти не удалось никого. В ночь с 10 на 11 апреля в район аварии прибыли три судна Морского флота СССР, но из-за разыгравшегося шторма взять подводную лодку на буксир не удалось. Часть личного состава ПЛА была переправлена на судно "Касимов", а на борту "К-8" осталось 22 человека во главе с командиром подлодки капитаном 2 ранга Всеволодом Бессоновым для продолжения борьбы за живучесть корабля. К-8. Но 12 апреля в 6 часов 13 минут в результате потери запаса плавучести и продольной остойчивости подводная лодка затонула на глубине 4 680 метров в Бискайском заливе Атлантического океана. Всего в результате аварии погибли 52 члена экипажа. Созданная правительственная комиссия по расследованию причин аварии пришла к выводу, что командир действовал правильно. Гибель АПЛ "К-8" стало первой крупной катастрофой в истории отечественного атомного флота. В настоящее время АПЛ покоится на глубине порядка 4 680 м в 490 км северо-западнее Испании. 24 мая 1968 год. АПЛ К-27. Эпоха становления советского атомного подводного флота в 1950-1960-х годах сопровождалась смелыми и опасными экспериментами. Оборонная промышленность стремилась создать идеальную субмарину с почти неограниченным запасом хода. Яркий пример одной из таких попыток — крейсерская подводная лодка К-27, спущенная на воду 1 апреля 1962-го. Ей прочили большое будущее. Специально для К-27 советские конструкторы разработали принципиально новый ядерный реактор с жидкометаллическим теплоносителем. Такое "сердце" было гораздо компактнее силовых установок других атомоходов, отличалось быстрым набором мощности и простой конструкцией, что облегчало эксплуатацию и обслуживание. Кроме того, жидкие металлы — единственный теплоноситель, удовлетворяющий всем требованиям в отношении теплоотвода и ядерных свойств, предъявляемым к энергетическим реакторам на промежуточных и быстрых нейтронах. В общем, на К-27 установили идеальную (как тогда думали) энергетическую установку. Но все оказалось не так просто. Проблемы начались еще на земле. В 1959-м на специально построенном в Обнинске испытательном стенде произошли две серьезные аварии. Несколько человек получили большую дозу облучения, а трюмного машиниста по инвалидности отправили в запас. Стало ясно, что при всех своих достоинствах новейший реактор недостаточно изучен и, соответственно, ненадежен. Однако флотское начальство торопило ввод К-27 в строй: американская АПЛ Seawolf первого поколения со схожей силовой установкой к тому времени уже совершила пробный выход в море. Каждый поход с лодкой что-то происходило. 24 мая 1968-го, К-27 вышла в Баренцево море. Перед экипажем стояла задача проверить работу главной энергетической установки (ГЭУ) после ремонта. Однако в 11:30 мощность реактора начала самопроизвольно снижаться. Спустя полчаса в реакторном отсеке резким скачком повысился уровень гамма-излучения до 150 рентген в час и произошел мощный выброс радиоактивных газов. Поняв, что повреждено ядерное топливо, личный состав включил аварийную защиту левого реактора. Но к тому времени субмарина уже насквозь пропиталась смертельной радиацией. После экстренного всплытия экипаж К-27 провентилировал зараженные помещения и на одном исправном реакторе к 17:30 довел лодку до базы. Все 144 человека были сильно облучены, двадцать моряков получили дозы радиации от 600 до 1000 рентген. Один матрос погиб прямо на борту, задохнувшись в противогазе, еще восемь скончались в госпитале. В той или иной степени радиация подорвала здоровье всех членов экипажа. Многие впоследствии были вынуждены оставить службу из-за вызванных облучением болезней. Средняя продолжительность жизни обреченных подводников составила всего 50 лет. Основная причина аварии — использование реактора на предельных режимах. Техника попросту не выдержала. В результате нарушился теплоотвод от активной зоны. Грубо говоря, ГЭУ перегрелась. И если бы экипаж не успел включить аварийную защиту левого реактора, лодку мог разрушить тепловой взрыв. Виновных так и не нашли. Позже выяснилось, что перед роковым выходом в море командир электромеханической боевой части, отвечавший за атомные реакторы, долго отказывался расписаться в вахтенном журнале корабля о готовности подразделения. Но флотское начальство его мнение проигнорировало. Более десяти лет лодку пытались вернуть в строй или хотя бы сохранить на плаву. Однако очистить ее от радиоактивных отходов не представлялось возможным. Кроме того, в стране не было полигона для захоронения реакторного отсека. В итоге К-27 исключили из состава флота и 10 сентября 1981 года затопили в Карском море возле полуострова Степового на глубине 75 метров. 6 октября 1986 года. К-219 3 октября 1986 года на советской подводной лодке К-219 произошел взрыв ракеты. Гибель субмарины после трех дней борьбы до сих пор вызывает немало споров и предположений. Состояние лодки К моменту своего последнего похода в октябре 1986 г. подводная лодка была далеко не новым кораблем. Субмарина вступила в строй в 1972 г. в 1975г прошла модернизацию, а в 1980 г. капитальный ремонт. На К-219 имел место ряд аварийных ситуаций с человеческими жертвами, связанных прежде всего с проблемой пуска ракет, а к моменту последнего выхода люк одной из ракетных шахт был полностью заварен. В ходе подготовки оказавшегося роковым похода на К-219 был в значительной мере заменен экипаж. Из 32 офицеров для 12 этот поход был первым на данной подводной лодке. Были заменены «в том числе старший помощник и помощник командира, командиры ракетной и минно-торпедной боевых частей, начальник радиотехнической службы, корабельный врач, командир электротехнического дивизиона, 4 командира отсеков. Из 38 мичманов заменены 12, в том числе оба старшины команд ракетной БЧ-2.» Все это не могло не сказаться на спаянности команды и лишь увеличивало потенциальный риск происшествий. Вскоре после выхода из базы Гаджиево была обнаружена течь в ракетной шахте № 6, однако командир БЧ-2 не только не доложил об этом командиру, опасаясь ответственности, но даже отключил аварийную сигнализацию, что в дальнейшем повлекло череду бед К-219. 4 сентября 1986 г. К-219 вышла из Гаджиево и направилась в Атлантический океан к побережью США для патрулирования. Была вооружена 15 ракетами РСМ-25У. Кораблем командовал капитан 2-го ранга Игорь Британов. Вскоре после погружения в ракетной шахте номер 6 была выявлена течь, однако капитан третьего ранга Александр Петрачков, отвечавший за ракетное вооружение, не доложил о ней командиру. Вместо этого был налажен слив воды нештатным способом и наддув ракетной шахты сжатым воздухом. 3 октября 1986 г. К-219 находилась в Атлантическом океане в 600 морских милях (1,1 тыс. км) северо-восточнее Бермудских островов. В шахте номер 6 из-за давления сжатого воздуха произошла разгерметизация баков ракеты. Возгорание ракетного топлива привело к взрыву, при котором погибли матросы Николай Смаглюк и Игорь Харченко. Была разрушена ракета, сорвана крышка шахты, поврежден прочный корпус. После аварийного всплытия лодки в шахту продолжала поступать вода, уровень загрязнения субмарины ядовитыми парами окислителя значительно превысил допустимые уровни концентрации. Из-за отравления ими погиб капитан третьего ранга Александр Петрачков. В ходе борьбы с последствиями ЧП аварийная партия (группа для устранения последствий аварии) активировала систему пожаротушения. После этого пропало питание в электросети по правому борту, из-за обесточивания сработала аварийная защита реактора правого борта. Однако графитовые решетки реактора, которые опускаются для прекращения цепной реакции, не дошли до нижнего положения. Возникла угроза расплавления активной зоны. Вместе со старшим лейтенантом Николаем Беликовым трюмный машинист Сергей Преминин, рискуя жизнью, прошел в реакторный отсек, вручную опустил решетки на нижние упоры и заглушил реактор, ликвидировав опасность его разрушения и радиационной катастрофы. Однако Преминин не смог покинуть отсек (из-за высокой температуры заклинило люк) и погиб. 4 октября экипаж перешел с субмарины на подошедшие советские суда, на корабле осталась аварийная партия из 10 человек. 5 октября К-219 была взята на буксир теплоходом "Красногвардейск", однако через 12 часов буксировки трос оборвался. Подводная лодка начала терять плавучесть из-за поступления воды через разрушенную шахту. Аварийная партия эвакуировалась на подошедшее с Кубы советское спасательное судно "Агатан". 6 октября, спустя 78 часов после взрыва, лодка затонула на глубине 5 тыс. 500 м. Впоследствии субмарина поднята не была. Всего в результате ЧП погибли четыре члена экипажа, в живых остались 115 моряков. Причинами катастрофы расследовавшая ее государственная комиссия назвала "сокрытие аварийной ситуации, проведение нештатных операций, слабое знание личным составом материальной части, неисполнительность и низкую подготовку по борьбе за живучесть корабля". 7 апреля 1989 года. К-278 «Комсомолец». Атомная подводная лодка К‑278 "Комсомолец" была спроектирована в ЦКБ‑18 (сегодня ЦКБ МТ "Рубин") в 1966-1974 годах. Постройка лодки началась 22 апреля 1978 года в Северодвинске и была закончена в 1983 году. 28 декабря 1983 года был подписан приемный акт и К-278 вступила в строй. 7 апреля 1989 года атомная подводная лодка К‑278 "Комсомолец" проекта 685 "Плавник" возвращалась с третьей боевой службы в Норвежском море. Подводная лодка шла на глубине 380 метров со скоростью 8 узлов, боевая смена несла вахту в обычном режиме. В момент аварии лодка находилась в нейтральных водах Норвежского моря, в 180 км к юго-западу от острова Медвежий и в 490 км от норвежского побережья. На борту был второй экипаж под командованием капитана 1 ранга Евгения Алексеевича Ванина. В 11:00 вахтенный капитан-лейтенант Александр Верезгов принял доклады из отсеков. Из седьмого матрос Нодари Бухникашвили доложил: "Седьмой осмотрен, сопротивление изоляции и газовый состав воздуха в норме. Замечаний нет". Между 11.00 и 11.03 в кормовом отсеке начался пожар. В 11.03 на пульте вахтенного механика зажегся сигнал: "Температура в седьмом отсеке больше 70 градусов". В 11:12 на К‑278 была объявлена аварийная тревога, лодка начала всплывать ходом на глубину 50 метров. Ликвидировать пожар подачей ЛОХ (лодочная объемная химическая система пожаротушения) не удалось, огонь распространялся, в результате чего в зону пожара попали силовые электрические системы. Из-за их повреждения на глубине 150 метров сработала аварийная защита паротурбинной установки и подводная лодка потеряла ход. Для дальнейшего всплытия была подана команда продуть группу ЦГБ (цистерн главного балласта). В 11:16 минут после продувания цистерн главного балласта лодка всплыла в надводное положение. Когда "Комсомолец" всплыл на поверхность, горели уже два отсека – 6 и 7‑й, произошло задымление 2, 3 и 5‑го отсеков, примерно в это же время происходит возгорание пульта в 3 отсеке и вспышка горючих газов в 5‑м. Уже в надводном положении сработала аварийная защита ядерного реактора, произошло отключение основных электроцепей, питание перешло на аккумуляторную батарею. Была подана команда запустить аварийный дизель-генератор. С 11:20 минут до 12:17 минут лодка восемь раз передала установленный сигнал об аварии, однако первый из них был услышан в Главном штабе ВМФ и на КП Северного флота только в 11:41 минуту. При этом сигнал был неразборчивым. Разборчивый сигнал об аварии был принят на берегу только в 12:19. Тем временем через разрушенный трубопровод горячий воздух из 7 отсека поступил в цистерну главного балласта № 10 правого борта, продул ее, что вызвало крен на левый борт. Крен пытались выровнять продуванием противоположных цистерн, что привело к поступлению в горящие отсеки свежей порции воздуха под давлением. К этому моменту личный состав был включен в шланговые дыхательные аппараты, в систему которых попали продукты горения, вызвавшие отравление. Была организована работа аварийных партий по выносу пострадавших из отсеков. Подана команда переключиться в ИДА (индивидуальные дыхательные аппараты), однако в экипаже уже появились первые жертвы. В 11:54 была объявлена тревога всем спасательным силам авиации и флота. На КП Северного флота поставили задачу: в районе острова Медвежий возник пожар на советской атомной подводной лодке. Корабль всплыл, экипаж ведет борьбу за жизнь. Необходимо выйти в район аварийного корабля, установить с ним связь и непрерывно докладывать обстановку, просьбы командира в штаб флота. В распоряжении спасателей-авиаторов были вертолеты, способные садиться на воду, гидросамолеты. Но решено было послать многомоторный самолет, способный доставить груз на большое расстояние от берега. Причина – вертолету не хватит запаса топлива, ведь ЧП произошло за 980 километров от советской границы. У гидросамолета скорость почти в 2 раза меньше, чем у Ил‑38. В 12:43 поднялся в воздух ИЛ‑38, командир экипажа майор Геннадий Петроградский. На подготовку такой машины к аварийно-спасательному вылету отводится 1 час 20 минут. Но экипаж сумел уложиться в 49 минут. В 13:20 командование Северного флота передает координаты К‑278 на плавбазу "Алексей Хлобыстов" которая выходит к месту аварии. В 14:20 командир ИЛ‑38 установил связь с командиром подводной лодки. В 14:40 Ил‑38 установил визуальный контакт с "Комсомольцем". Подводная лодка стояла без движения строго с севера на юг с едва уловимым креном на правый борт. У левого борта в районе шестого и седьмого отсеков наблюдалось обильное вспенивание воды. Из боевой рубки, отклоняемый ветром, тянулся хвост светлого дыма. Командир самолета передал на берег метеосводку: видимость – 5‑6 километров, нижняя кромка облаков – 400 метров, волна – 3 балла, зыбь. Временами заряды снега, тогда видимость снижается до полутора километров. На лодке все это время продолжались попытки устранить крен и осуществить разведку аварийных отсеков, тем временем началось поступление воды внутрь прочного корпуса 7 отсека, крен начал переходить на правый борт, возрос дифферент (наклон судна в продольной плоскости) на корму до 2 градусов. На лодке закончились запасы хладагента ЛОХ, воздуха высокого давления. К 14:50 в воздухе уже находились три самолета. Другие экипажи возглавили майоры Владимир Вотинцев и Анатолий Малышев. Они расположились в небе между Медвежьим и Мурманском, ретранслируя переговоры командира подлодки и штаба флота. Экипаж майора Петроградского начал сложную работу. Он не только помогал организовывать связь, но и летал по акватории, наводя надводные суда в район аварии. Их капитаны рассчитали примерное время прибытия – 18:00. 15:20 – на лодке продолжалась борьба с огнем. Ее командир постоянно держал связь через самолеты с берегом. Поступила лишь одна просьба – подойти к ним буксиру. Это могло означать лишь одно: подводный корабль потерял ход. В 16:00 командир подлодки запросил фреон. Петроградский связался с судами. В 16:35 летчики заметили, что лодка начала оседать на корму. В 16:38 наблюдался дифферент на корму и правый борт. В 16:40 по кораблю был отдан приказ готовиться к эвакуации лодки, приготовить всплывающую спасательную камеру (ВСК), покинуть отсеки. Личный состав начал отдавать спасательные плоты, однако удалось спустить на воду лишь один из них. Из воды показался задранный нос лодки, дифферент на корму увеличился. 16:44 – дифферент еще больше, вода подступила к основанию боевой рубки. 16:47 – боевая рубка наполовину скрылась в воде. В 16:50 командир подлодки передает радиограмму: "Готовлю к эвакуации 69 человек". В 17:00 рядом с лодкой показались два развернутых аварийно-спасательных плота, на двадцать человек каждый. Из лодки непрерывным потоком начали эвакуироваться моряки. Ил-38 сбрасывает авиационный спасательный контейнер. В 17:08 АПЛ К‑278 с дифферентом на корму до 80 градусов стремительно затонула в точке с координатами 73°43′17″ с. ш. и 13°15′51″ в. д. на глубине 1 858 метров. В воде оказались 59 человек. Пятеро, включая командира К‑278 Ванина, остались в ВСК, из них после всплытия камеры выжил лишь один человек. Внутри прочного корпуса остался капитан 3‑го ранга Испенков, до последних минут обеспечивавший работу дизель-генератора. В 18:20 к месту аварии прибыла плавбаза "Алексей Хлобыстов" и приступила к спасению людей. К этому моменту погибли от переохлаждения и утонули 16 человек, на борт "Алексея Хлобыстова" подняли 30 оставшихся в живых и 16 погибших моряков. Трое из оставшихся в живых подводников умерли по пути в Североморск. Всего из 69 членов экипажа четверо погибли во время пожара, 38 утонули или умерли от переохлаждения. 12 августа 2000 год. АПЛ «Курск» 12 августа во время учений Северного флота в Баренцевом море в установленное время не вышла на связь атомная подводная лодка К-141 "Курск" (командир лодки - капитан 1 ранга Геннадий Лячин), которая находилась в полигоне боевой подготовки Северного флота с целью выполнения учебной торпедной стрельбы по отряду боевых кораблей. В 23.44 в районе, где находилась АПЛ, зафиксирован взрыв. 13 августа на поиски атомного подводного крейсера отправилась группа кораблей во главе с командующим Северным флотом адмиралом Вячеславом Поповым. В 04.51 АПЛ обнаружена лежащей на грунте на глубине 108 метров. 14 августа в 11.00 командование российского флота сделало первое публичное заявление о том, что подлодка "Курск" легла на дно. В заявлении ВМФ говорится, что с подлодкой поддерживается радиосвязь. Позже представители флота заявили, что связь с подлодкой осуществляется только через перестукивание, что опасности для жизни экипажа нет, что через спасательный аппарат "Колокол" осуществляется подача топлива, кислорода и продув систем АПЛ. При осмотре лодки со спускаемых аппаратов выяснилось, что АПЛ воткнулась в дно моря под углом около 40 градусов и у нее разворочена носовая часть. Выведена из строя всплывающая спасательная камера. Главком ВМФ адмирал Владимир Куроедов сделал заявление, что надежд на спасение людей мало. Волнение моря в районе катастрофы - 4-5 баллов. 15 августа Главный штаб ВМФ официально сообщил о начале спасательной операции. Членов экипажа "Курска" планировалось эвакуировать с помощью спасательных снарядов. По предварительным данным, на лодке затоплены носовые отсеки. 15 августа в район бедствия прибыли подводная лодка, атомный крейсер "Петр Великий" и еще около 20 кораблей и спасательных судов. Шторм не позволил спасателям начать работу. 16 августа при волнении моря около 2 баллов со спасательного судна "Рудницкий" спущен глубоководный спасательный аппарат "Приз". Всего за ночь было предпринято несколько тщетных попыток проникнуть к лодке. 17 августа к месту трагедии направилось норвежское судно "Seaway Eagle" с глубоководными водолазами на борту и транспортное судно "Normand Pioneer" с британскими специалистами и оборудованием (вышло из норвежского порта Тронхейм). 18 августа операция продолжена силами российских спасателей, но результата нет. 19 августа во второй половине дня к месту аварии российской подводной лодки "Курск" прибыло норвежское судно "Normand Pioneer" с британской спасательной мини-лодкой LR5. Началась новая, международная фаза операции по спасению экипажа субмарины. Норвежское спасательное судно "Seaway Eagle" с глубоководными водолазами на борту подошло в район катастрофы подлодки "Курск" в Баренцевом море в первом часу 20 августа. 20 августа за несколько часов работы норвежскими водолазами АПЛ обследована на предмет повреждений и наличия воздушных подушек в кормовых отсеках. Норвежцам удалось разблокировать вентиль аварийно-спасательного люка, однако проникнуть на лодку не удалось. Они срочно изготовили специальный инструмент для вскрытия люка. 21 августа утром норвежским водолазам удалось вскрыть верхний спасательный люк 9-го отсека. Шлюзовая камера пуста. Около 13.00 водолазы вскрыли внутренний люк в 9-й отсек АПЛ, внутри которого оказалась вода. В 15.27 внутрь корпуса подлодки введена видеокамера, с помощью которой специалисты попытались определить состояние 7-го и 8-го отсеков АПЛ. В 9-м отсеке АПЛ обнаружено тело моряка. 21 августа в 17 часов начальник штаба Северного флота вице-адмирал Михаил Моцак официально подтвердил факт гибели экипажа АПЛ К-141 "Курск". 29 августа военные и разведывательные круги США признают, что в момент аварии "Курска" рядом с ним находились две американские субмарины, однако отрицают, что причиной катастрофы стало столкновение с одной из них. Газета "Нью-Йорк Таймс" сообщает, что обе подлодки находились настолько близко к АПЛ "Курск", что зафиксировали практически все происходившее на борту российского подводного ракетоносца. При этом источники газеты утверждают, что причиной аварии стал взрыв торпеды на борту "Курска". Одной из этих американских подлодок, по данным "Нью-Йорк Таймс", был тот самый "Мемфис", который впоследствии обнаружился в норвежском порту Берген. На этом этапе российская сторона все еще считает одной из наиболее вероятных версий катастрофы столкновение "Курска" с иностранным подводным кораблем. Однако официальные представители Великобритании и США отвергают эту версию, заявив, что их подлодок не было в районе нахождения "Курска" в момент катастрофы. Тема , на мой взгляд, очень интересная. Какие-то случаи до сих пор по грифом секретно. И можно строить только догадки. У меня всё.